Строгость в разное время понималось по-разному. В мещанском и купеческом быту оно понималось как деспотизм отца, а иногда и матери по отношению к детям, подавление личности ребенка, как система родительских приказов, требующих безоговорочного исполнения. Строгие родители держали детей на почтительном расстоянии, им было мало дела до того, что происходить в душе ребенка. В классической литературе немало запечатлено образов деспотических отцов и матерей. Деспотическая строгость не может воспитать людей иными, как безвольными, неприспособленными к жизни или неискренними и лицемерными.
Есть и другое представление строгости. Оно существует и в современных семьях. Строгость как твердость в справедливых требованиях, нетерпимость ко всему, что противоречит морали. Она выражается в прямоте оценки поступков и откровенной критике. Осуждается плохое и одобряется хорошее. При такой строгости дети воспитываются честными и правдивыми организованными и дисциплинированными, волевыми и подготовленными к жизни людьми. Инициатива ребенка и его способности не глушатся, а поощряются. Подобная строгость не портит отношений между родителями и детьми. Наоборот, она создает доверие и близость. Мягкосердечные родители ищут легких путей утверждения своего авторитета и установления добрых отношений, но дети уважают требовательных, взыскательных, но при этом справедливых родителей.
